ОАО НПО ЦКТИ
Конференция Невская Энергетическая Перспектива 2024
1977г. Орден Октябрьской Революции.
проектно-конструкторская деятельность опытно экспериментальные работы поставка энергооборудования расчетные работы разработка технологий сертификационные испытания. ицэо опытно-экспериментальная тэц. поставка электроэнергии. поставка теплоэнергии сервис энергетического оборудования

«    Июнь 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
30-06-2010, 16:00
Угольной промышленности прописали горькое лекарство

25.06.2010 Энергетика и промышленость России online

В течение ближайших двух лет в России по причине нерентабельности могут закрыть от пяти до десяти градообразующих угольных предприятий.

Об этом сообщил глава Минэнерго Сергей Шматко. Государство готово оказать поддержку собственникам угледобывающих предприятий в решении социальных проблем, поскольку ликвидация нерентабельных производств может обострить проблемы шахтерских моногородов, добавил министр. Судя по опыту аналогичных проектов, государство может помочь в переобучении работников ликвидируемых предприятий и в создании альтернативных производств.

По мнению экспертов «ЭПР», слова министра рано воспринимать как прямое руководство к действию, тем более что названные господином Шматко ориентиры выглядят довольно приблизительными. И все?таки, поскольку закрытие нерентабельных шахт – вполне возможная перспектива, необходимо учитывать уроки угольной реструктуризации 1990?х годов, положительные и в особенности отрицательные.

Что сказал министр

Впрочем, гипотетическая судьба угольных моногородов – только одна из взаимосвязанных угольных тем, обсуждавшихся в рамках правительственного часа с участием Сергея Шматко.

По словам главы Минэнерго, майская авария на шахте «Распадская» вновь подтвердила «необходимость коренного улучшения промышленной безопасности и охраны труда в угольной отрасли». Среди неотложных мер такого рода – передача Рос-технадзора в прямое подчинение правительству, а также расширение полномочий надзорных органов вплоть до права отстранять от должности за допущенные нарушения руководителей предприятий.

В настоящее время министерство собирает статистические данные по авариям, в том числе и по тем ЧП, которые не стали известны широкой общественности.

Еще одна тревожная тенденция – сокращение внутреннего потребления угля, требующее введения в строй генерирующих объектов, использующих уголь в качестве топлива, а также постепенной ликвидации нерентабельных угольных предприятий, несмотря на крайнюю непопулярность этой меры.

Вопросы без ответов

Само по себе закрытие нерентабельных угольных предприятий – естественный процесс, считает председатель профсоюза работников угольной промышленности Иван Мохначук.

–?Сегодня все шахты у нас частные, поэтому их закрытие – это в большей степени проблема собственника, – добавляет он. – Но если эти шахты уже банкроты, то, безусловно, проблема ляжет и на плечи государства. Для этого необходимо возвращаться к программе реструктуризации угольной отрасли, передвигая ее по срокам выполнения и планируя изменения в бюджете. Насколько я знаю, бюджет на 2011 и 2012 годы уже сверстан, и в нем на закрытие десяти шахт ничего не заложено.

Впрочем, добавляет господин Мохначук, выбор в качестве рубежа именно 2012 года не совсем понятен. Та же неясность и с угольными предприятиями, о которых говорил Сергей Шматко, в том числе с их расположением и масштабами. Судя по тексту выступления главы Минэнерго, не совсем ясно, имел ли он в виду отдельные технические единицы, входящие в состав угольных компаний, или же юридические лица. Делать выводы по косвенным данным тоже сложно: в выступлении министра не говорилось ни о числе высвобождаемых горняков, ни о мощности предприятий, которые могут быть ликвидированы.

Несколько проще судить о регионах, в которых расположены кандидаты на закрытие. По словам Мохначука, неэффективные угольные предприятия имеются в Ростовской и Челябинской областях, а также в Кузбассе. В той же Челябинской области немало шахт, построенных еще в советское время, которые не выдерживают конкуренции с экибастузским углем из Казахстана.

–?По нашим подсчетам, на территории Кемеровской области расположено 18?20 нерентабельных шахт, – говорит Евгений Счастливцев, заместитель директора по научной работе Института угля и углехимии СО РАН. – Преимущественно это шахты Прокопьевско-Киселевского района, держащиеся на плаву за счет перераспределения прибыли, дотаций, которые считает нужным выделять собственник.

Рано или поздно решать эту проблему все равно придется, добавляет господин Счастливцев. Но при этом необходимо избежать просчетов, допущенных в девяностые: нарушения экологических требований и недостаточного контроля за использованием средств, выделенных на реструктуризацию.

Работа над ошибками

Самое важное – не допустить подмены понятий, при которой борьба с угольным травматизмом обернется закрытием шахт, подчеркивает заведующий отделом количественной оценки риска научно-технического центра «Промышленная безопасность» Александр Гражданкин.

Такой же позиции придерживается первый заместитель председателя Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности Рубен Бадалов: он подчеркивает, что половина разрезов и шахт, закрытых в 1990?е годы, могла бы работать и сейчас при условии их своевременной модернизации. Рубить сплеча опасно еще и потому, что непродуманное закрытие угольных предприятий ставит под угрозу исполнение Энергетической стратегии до 2020 года, которая предусматривает рост добычи угля до 440 миллионов тонн в год (на 15 миллионов тонн больше, чем в рекордном для отрасли 1988 году). В минувшем году российские шахтеры добыли всего 300 миллионов тонн угля, а доля угля в российском энергобалансе составляет всего 20 процентов, в то время как в Германии, к примеру, этот показатель достигает 40 процентов.